Периодически в различных разговорах доводится слышать, мол, а на кой ляд вообще нужна «эта ваша психология межполовых отношений». Дескать, вот предки прекрасно без неё обходились. И правда, наличие нас с вами – вполне красноречивое доказательства того, что у предков с отношениями было не так уж плохо.

Однако мне есть что возразить. Предкам было проще – общество в  шестнадцатом веке не так уж чтобы очень сильно отличалось от общества века, скажем, семнадцатого. Были живы многие традиции, обряды, социальные паттерны. Было понятно, что делать и как себя вести. Были ответы на вопросы. Причём они были выработаны в течение долгого времени, прошли долгие полевые испытания и доказали свою работоспособность.

В двадцатом веке общество сильно изменилось. Далеко не все старые, проверенные традиции остались, прижились в новом обществе. Это привело к некоторой дезориентации людей. Мы потеряли возможность получать ответы, которые соответствуют ситуации. Многие ответы, которые предлагала нам старая традиция (типа домостроевского «поучай жену не кулаком али палкой, а лучше плёткой»), не лезли не в какие ворота.

Но сама-то любовь и отношения никуда не делись. Они остались, мы в этом живём и с жадностью ищем правильные решения.

Как отклик на данный социальный заказ и появилась психология отношений. Её задача – выработать решения, которые помогут создать новые решения, традиции и паттерны, подходящие именно под теперешнее общество.

Этому посвящены все книги и работы, начиная от Фромма с его «Искусством любить», продолжая в тои числи и – а что, слова из песни не выкинешь! – моими «Тайнами взаимоотношений» и заканчивая ещё многими трудами, которые будут написаны на эту тему.

Все работы не бесспорны, везде есть к чему придраться и с чем не согласиться (и у меня, разумеется, тоже). Однако только так можно придти к чему-то новому. Что и радует.

Завтра могу не попасть в Сеть, поэтому выложу сегодня.

Временами мне приходится сталкиваться с людьми, которые на голубом глазу вопрошают: «А что это за праздник такой – девятое мая? Что вы все празднуете?». И вроде вменяемые люди, образованные – а спрашивают. И подтекст такой гаденький – мол, и не праздник это вовсе, нашли что праздновать.

А вот я скажу вам, что я праздную девятого мая каждого года.

1. Принимать отказ без самоуничижения.
2. Отказывать».

Про первый пункт мне сказать нечего. А вот про второй – есть. В моей компании на основе изучения опыта удачных отказов, был изготовлен алгоритм. Отказывать нам приходится часто, причём в сложных ситуациях – клиентам. Когда они, например, просят дать в тренинге больше тем, или включить дополнительных людей. А делать этого нельзя. И оттолкнуть клиента отказом – тоже. Клиент же! Вот и наловчились мы отказывать так, что не происходит разрыва отношений.

Итак, алгоритм.

Вчера в первый раз в жизни целиком, от начала до конца, посмотрел «Иронию судьбы». И, как видно из названия заметки, далось мне это нелегко. В порыве захлестнувших эмоций изготовил заметку.

Дальше – для крепких духом и нервами.

Где-то в комментариях к заметкам про агрессию у меня спросили, мол, а что такое агрессия в понимании женщин и сколько её надо, чтобы нравится им.

Вот прям так однозначно не отвечу. Но кое-какая гипотеза появилась.

Граница между агрессией, которая нравится и притягивает, и агрессией которая не нравится и отталкивает вот где: если мужчина говорит «ты моя» и при этом оставляет право на свои мысли, на свою позицию, на свои интересы – это нравится. А если он говорит «ты моя» и пережимает кислород, запрещая всё не свете, – это не нравится. Такая агрессия отпугивает. 
 

Другими словами, привлекает крепкая сильная позиция, оставляющая место для индивидуальных проявлений.

Барышень приглашаю высказаться на эту тему (наблюдения мужчина також интересны). 

При высказывании прошу учесть, что определение агрессии мы используем вот такое: «нарушение целостности объекта/субъекта» (возможно, и защита целостности). И никакого другого. Подробнее - в первой заметке по теме.

Предыдущие заметки на эту тему: 
Про агрессию. Общие положения
Про агрессию. Непринятие

Такое решение можно понять – вот было замечательно и здорово, чувства бурлили и кипели, жизнь была насыщена и наполнена. А потом – раз, и всё. Вдруг оказывается, что «В начале всё хорошо было, такая радость – наконец-то вместе живём, постоянно рядом. А потом – у него работа, у меня работа, приходим домой усталые.(… ) Вот и думаю, может бросить всё, раз такая ситуация? Ну, пропало очарование, не получилось ничего – так может с кем другим ещё получится?».

Выход, по моему мнению, в том, чтобы продолжить сближаться. Однако здесь мы упираемся в данность – сближаться точно так же, как во время влюблённости, не получится. Те сближения – скорее физическо-территориальные (держимся за руки, целуемся, живём вместе и пр.). Их «объём» ограничен. Значит, нужно искать другие варианты.

В прошлой заметке шла речь об определении термина «агрессия» и его содержании. В эту заметку я решил свести знакомые мне мысли о непринятии агрессии. На всякий случай, предупреждаю: заметка в значительной степени служебная, для сохранения информации.

Как-то сидели мы с Викой Пекарской, болтали о всяком. Ну и набрели вот на какую мысль относительно любви и влюблённости: последняя во многом поддерживаться за счёт сближения.

Недавно на тренинге обратил внимание на один любопытный феномен, который раньше хоть и замечал, но как-то не акцентировался на нём.

Я говорю о человеческом идеализме. Но не в том смысле, что люди верят в лучшее, в идеалы, а в том, что люди от себя ждут соответствия неким выдуманным совершенствам.

Конкретно на тренинге это проявилось в том, что люди считают: хороший продавец может продавать снег эскимосам и песок бедуинам. То есть из десяти контактов десять одиннадцать (ну или хотя бы десять) продаж.

Был в Ростове. Вернулся. По традиции - непутёвые путевые заметки. И фотографии (я решил не вставлять их в тело заметки - это увеличит трафик; думаю, понравится не всем).

В Ростове я был уже второй раз. Как и в первый – очень понравилось. Город невероятно уютный. Наверно, из-за двориков.

Ростовские дворики – совершенно волшебное явление. То тут, то там, то за поворотом обнаруживаются входы в квартиры. Это и полуподвалы, и галереи, и отдельно стоящие коробочки высотой чуть больше человеческого роста. Не буду обманывать – вряд ли жить в таких квартирах хорошо. Скорее, наоборот – очень плохо.

Но всё равно – очень уютно.

Кажется, нет другого города в России, где бы сохранилось так много дореволюционных подстроек, и где они бы так хорошо сочетались с постройками более позднего периода. На совершенно удивительные памятники зодчества даже на окраинах. Кажется, только в Томске, у меня получилось подобное.

Надо сказать, фотографировать хочется буквально все здания – настолько колоритно смотрится. На Ростов ни одной карты памяти не хватит. И пяти и десяти не хватит. Такой вот город.

О людях. Как и везде по России – люди разные. Общее впечатление – более бойкие, чем сибиряки или уральцы. Не более энергичные, а именно более бойкие.

Ну и среди девушек легко выделяется типаж, который я про себя назвал «казачкой»: кровь с молоком, широкие бёдра, разве что косы не хватает. Такая и Гришку Мелехова скрутит на раз.   

Ещё хочу заметить, что город неуловимо похож на Одессу. Наверное, поэтому и родилась присказка про Ростов-папу и Одессу-маму. А может и не по этому. Но всё равно – очень похожи эти два замечательных города.

Наверное, надо бы как-нибудь приехать в Ростов не по работе, а просто погулять. Город того стоит.